Свидание со сравнением

Несостоявшаяся «культурная столица Европы» проигрывает даже Туле

В последние годы, бывая в разных городах, неизменно сравниваю их с родной Пермью. Прежде всего обращаю внимание на их чистоту и благоустройство, что определяется как деятельностью местных коммунальщиков, так и культурой жителей. Раньше я проводил свои сравнения с Казанью, Екатеринбургом, Саратовом. Теперь вот Тула. Город, откуда когда-то был направлен в Пермь. «И вновь я посетил…»

Если десять лет назад я не видел разницы между Пермью и Тулой, то в последние годы, на мой взгляд, Пермь стала отличаться не в лучшую сторону. В этот раз на тульских улицах мне не встретилось ни характерных для нас жителей с бутылками пива в руках, ни, соответственно, бутылок на газонах. Возможно, тому способствует установленный в городе запрет на продажу алкогольных напитков и пива с 22 часов вечера до 14 часов дня, причем запрет не только установлен, но и соблюдается. Когда перед отъездом я покупал в гипермаркете продукты в дорогу, кассирша на выходе без лишних слов выудила из корзины прихваченную мной бутылочку пива, отставила ее и ткнула пальцем в объявление об ограничении часов продажи. То же и в соседнеммини-маркете: продавщица отказалась продать пиво, хотя в магазине никого, кроме нас двоих, не было.

Мне как раз довелось быть в Туле, когда здесь отмечали день города — его 867-летие (на год старше Москвы!). На центральной площади, перед местным кремлем, было многолюдное гулянье, но никто не мусорил! Опять же во время празднования в центре вообще не продавались пиво и спиртное, зато были выставлены биотуалеты и передвижные, на колесиках, контейнеры для мусора.

Другой критерий, по которому обычно сравниваю города, — новостройки, особенно общественных зданий и памятников. И тут в Туле за последние годы произошли заметные изменения. Во-первых, продолжилась реставрация кремля, и сейчас обновление километровой зубчатой стены с девятью башнями практически закончено. А внутри кремля приведен в порядок Успенский собор, прежде занятый под склад и весьма обшарпанный. В 2014 году обещают достроить колокольню, колокола же для нее уже отлиты и дожидаются около собора.

Другой кремлевский собор, Богоявленский, пока занят Музеем оружия. Но для него в центре города уже выстроено огромное специальное здание в виде шлема васнецовских богатырей. Музейная экспозиция скоро целиком переместится сюда, и Богоявленский собор, естественно, будет возвращен РПЦ. Эта история очень контрастирует с бесконечным словоблудием пермских властей о постройке нового здания для художественной галереи и освобождении ею кафедрального собора. То же самое — со строительством третьего моста через Каму, мусороперерабатывающего завода, Восточного кладбища с крематорием; с реконструкцией железнодорожного вокзала, набережной, эспланады; с затянувшимся восстановлением Белогорского монастыря и т. д. Можно предположить, более эффективному созидательному процессу в Туле способствует то, что там временами отправляют за решетку коррумпированных чиновников: недавно осудили предыдущего губернатора, а в сентябре огласили приговор директору областного департамента здравоохранения за махинации при закупках томографов.

По моему мнению, наш предыдущий губернатор нанес ущерб развитию Перми в более крупном масштабе, чем тульские администраторы (смотри вышеперечисленные огрехи в развитии Перми). В начале 2012 года я спросил сенатора Андрея Климова, как он и другие «слуги народа» мирятся с тем профукиванием бюджетных средств, которое идет под соусом превращения Перми в «культурную столицу Европы». Сенатор ответил, что с юридической стороны здесь все чисто, видимо, имея в виду, что депутаты Законодательного собрания утверждали инициативы бывшего губернатора. Жаль, не нашлось «воспитательных мер» на пермских транжир. Вот и пользуются терпеливостью нашего населения…

Удачей тульских городских властей считаю и попытку обустройства местного Арбата. Здесь не стали повторять опыт Москвы, Екатеринбурга и Саратова, а пошли нестандартным путем. На главной улице города, проспекте Ленина, есть квартал с широким тротуаром и еще более широким пространством между ним и линией зданий. На этом палисаднике устроили с десяток фонтанов, в каждом из которых водяные струи создают оригинальный узор. Между фонтанами расположены клумбы, эффектно облицованные узорчатой керамической плиткой. Тротуар прикрыт кронами каштанов, и пройтись в их тени очень приятно в любой день, не обязательно связанный с каким-то многолюдным празднеством. У нас же пошли проторенным путем, но даже на нем исполнение оказалось карикатурным: под пермский Арбат выбрали малолюдный квартал улицы Кирова (сейчас Пермской), куда пешеходов надо заманивать каким-нибудь шоу, так как здесь нет ни обилия магазинов, ни ресторанов, ни театров, ни клубов.

Еще одну ниточку связи между увиденным в Туле и наблюдаемым в нашем городе я обнаружил уже по приезду в Пермь. Оказывается, недалеко от мемориала Уральскому добровольческому танковому корпусу установили памятник добродетельным супругам князю Петру и княгине Февронии. Этот памятник — типовой для нынешней России, уж и не сосчитать какой по счету. Сама идея типового памятника вызывает сомнения, но когда вспомнишь о многочисленных памятниках Ленину и Сталину, то успокаиваешься. Видимо, таков национальный менталитет.

Так вот, в Туле я тоже видел памятник Петру и Февронии, установленный пораньше, чем в Перми, в городском кремлевском саду. Правда, следов «причащения» молодоженов около него не видно, они предпочитают вешать замки в другом месте. Почему об этом вспомнил? В Перми на церемонии открытия памятника местный митрополит призвал молодоженов отмечать у памятника начало семейной жизни вместо того, чтобы вешать замки или разбивать бутылки. У меня не вызывает протеста ни один из рассматриваемых вариантов, пусть решают сами молодожены, все лучше, чем отмечаться около уродливого памятника напротив драмтеатра. Не знаю, что реализуется в жизни, но в Закамске я недавно обнаружил два десятка замков на решетке набережной Камы около Дворца культуры, где проводятся торжественные бракосочетания.

В общем, поездка в Тулу привела меня к мысли: неплохо бы было, если бы к своему уже недалекому 300-летию Пермь тоже приукрасилась.

Роберт Ласкаржевский

ßíäåêñ.Ìåòðèêà